Пандемию часто сравнивают с войной. На первой линии этого фронта – в больницах — герои в белых защитных костюмах. На этой войне есть и погибшие. Много, слишком много. Есть люди, привычную жизнь которых разрушила эта война, которые потеряли работу и утратили перспективы. И все мы словно сидим в «окопах», ожидая победы над ковидом.

Но как назвать тех, кто в военное время жирует за счет других? Использует свое право сильного, чтобы отнять у беспомощных самое необходимое. Наживается на бедах и трагедиях людей. Грабит и становится богаче, и демонстрирует равнодушие, когда умирают другие. Правильно – их называют мародерами. Их презирают всегда и везде.

А как назвать тот политический молодняк, который придумал правила, позволившие отнять вакцины у стариков в пансионатах, чтобы в первую очередь защитить себя? Перед телекамерами распределяющий добычу и не краснеющий при этом. Они называли себя «посланниками вакцинации», но верный ли это эпитет?

Фирмочка с парой-тройкой сотрудников, которая в начале пандемии закупила за огромные деньги негодные маски называла себя спасителями ситуации. Но подходящее ли это слово?

Каким должно быть точное определение компании, которая таскает туда-сюда дорогую и бессмысленную мебель – бюро вакцинации? Идет война, и они отняли у нас миллион.

Нам нужны вакцины, нужно оплачивать работу тех, кто вакцинирует, но у нас будут – газеты и пиар-кампании. Можно это именовать общественными отношениями, но на самом деле это называется совсем иначе, разве нет?

Откуда растут ноги у заказов вакцин, у определения маршруток закупок
логистических услуг? Все так запутано, что «виноватых нет». Всякие «общественные ревизоры» уже поторопились назвать это ошибкой.
Но что если мы позволим себе назвать это жестко, как в условиях войны? Если прибегнем к проверенному методу следователей, который называется «следите за деньгами?»

К сожалению, мародеров не могут остановить ни оппозиция в Сейме, ни журналистские расследования. Правящая элита долго и терпеливо приучала народ к тому, что грабить слабых – это норма. Если вы скажете, что я утрирую, тогда оппонируйте – а как иначе назвать аферу с OIK? Это легализованный грабеж, который происходит годами, и все предвыборные обещания отменить эту систему консервируются до следующих выборов. Тогда эти обещания снова можно выдавать за свежие и использовать повторно.

В военное время мародеров наказывают без долгих разговоров. Если политические мародеры не будут наказаны, то война против своего народа не закончится. Даже тогда, когда ковид будет побежден.

Foto: Reinis Inkēns, Saeimas Kanceleja